"У парня как будто что-то оборвалось внутри. Сначала он было подумал, что хозяйка дома мертва. Но, подойдя к ней поближе, увидел, как на красивой шее едва заметно пульсирует венка."
Работая плавниками изо всех сил, чешуйчатое создание было не в состоянии думать. Но одна единственная мыслишка билась в крохотной головке: "Скрыться! Подальше! Поглубже! Прочь, прочь, прочь..."
"И уже у самой двери палаты его настиг еще более странный вопрос, который заставил его подумать о том, что все-таки нужен еще один осмотр психиатра, да и более опытного."
Теократическая утопия. Вся власть в руках духовенства, великие мира сего им не смеют перечить. Карательные органы инквизиции контролируют все сферы жизни человечества. Древние расы практически уничтожены и уже считаются сказками. Но есть надежда! Что кто-нибудь сотворит пророчество об Избранном. А пока его нет, единственной оппозицией Патриархату являются ранее ненавистные людям злые существа. Разор - адепт Смерти. Он не некромант, коих хватает на свете, хотя и не чурается их возможностей. Он не придерживается никакой стороны, он серый, тусклый, невидимый. Он питается тем, что принято называть Душами. Каждая смерть подле него делает его сильнее. Он - этакий Харон своего мира, собирающий тени смертных. Но повстречав Йоль, он начал задумываться над своим бытием. Бесцветная сила дарует могущество, но ничего не бывает бесплатно. Какова цена власти над Сущим, Временем и Смертью? И кто уже такой он сам?
Что-что, но любовью их отношения с Евгением никак не назовешь. Страсть? Да. Дикое, почти животное влечение друг к другу - и это про них. Но точно не любовь.
"Марина постепенно, секунда за секундой выходила из транса. Время для нее вдруг материализовалось. Оно было похоже на чугунные капли, которые вытекали из огромной чаши, парящей в невесомости, медленно падали на землю, с глухим ударом разбиваясь на множество мелких осколков."
"Время тянулось медленно. Долгие секунды едва дотягивались до минуты, а те, в свою очередь, непомерно долго складывались в десятки. О часах и говорить не приходиться. Можно было подумать, что такими темпами, к вечеру наступит старость."
"- Мне бы романы писать! Измученное и израненное сердце, - передразнила саму себя. - Кто бы мне его ранил и мучил в последнее время? Хоть бы вспомнить, что это такое!"
