Авторы – Дьяченко Нина,
Александра Уралова

Саша
Все произошло очень неожиданно и случайно, как обычно и происходят подлинные чудеса или настоящие неприятности. Во второй половине дня мы с Нинкой встретились у симпатичного нам обеим кафе, где вследствие скудности наших с ней бюджетов довольствовались одним только кофе и крохотной кружечкой какого-то коктейля на двоих. Кофе был вкусным, но его было явно мало, а коктейль и вовсе рассчитывался на один Нинин глоток. Поэтому ни захмелеть, ни наесться у нас не получилось. Зато вышел очень милый и душевный разговор, какого у нас не было уже довольно давно. Постепенно стены начали давить на нас. Так что, оказавшись на улице ввиду отсутствия у нас денег, а в милой кафешке – мест, мы даже обрадовались. Погода была совершенно неповторимая: густой молочный туман, запах палой листвы, белое солнце над головой, и безветренное тепло расцветающей осени.
Мы шли сквозь туман, не особо задаваясь вопросом – куда же мы идем, вели обычный женский разговор – о парнях, о проблемах со здоровьем, о книжках и фильмах с потрясающими воображение киноактерами, о конкурентках-стервах, и тому подобное и так далее в том же духе. Так что того момента, когда из тумана вдруг выплыл Дом, мы не заметили. Я – тем более, потому что привыкла, впитала в себя чуть ли не с хлебом насущным, что в реальности Дома – нет, не было и быть не может. Слишком большой он для этой реальности, даже не просто большой – огромный, слишком запутаны его коридоры, слишком много в нем дверей и чудес, и слишком мало здравого смысла. Впрочем, с виду он – обычный жилой дом, одно крыло его – уже жилое, второе все никак достроить не могут, и из-под плохой старой краски выглядывает безумно-яркий красный кирпич. От соседних многоэтажек к нему тянутся какие-то веревки и провода, зияет галактической черной дырой свежевыкопанная земля будущей клумбы, а где-то вдалеке меланхолично покачивает умной головой перекошенный от времени и всеми забытый подъемный кран. Дом как дом. Но вы никогда не сможете пересчитать количество его парадных и этажей, как не старайтесь. Я вон сколько раз пробовала – все сбивалась со счета, начиная считать сначала. На что уж я… Вы никогда не скажете с точностью, какого цвета краска на доме, и есть ли она вообще. Вы вряд ли опишите место, где он стоит – ибо каждый раз Дом стоит на новом месте. Хотя, чаще всего это все же – пустырь, каких остается все меньше и меньше из-за многочисленных строек, поэтому Дом можно встретить и за городом. Пустырь, а рядом – парк. Или вода. В общем, что-нибудь зеленое. А зимой он любит, чтобы вдали звучал стук колес. Подходят заброшенные товарные станции, где давно не останавливаются поезда, конечные трамваев и метро…
Дом всегда был таким. И всегда будет. Издалека – невысокий, вроде бы обычная древняя «хрущевка». Подойдешь ближе – ан нет, немаленький дом, совсем немаленький. А если встанешь вплотную – он задавит тебя своей мощью, раздавшись вширь до горизонта, протянувшись ввысь до самых небес. Скажете, так дело обстоит с любым высотным домом? Ну, не знаю, не знаю…
Я не сразу узнала Дом, а когда узнала…
- Нина, – я перебила рассказ подруги на каком-то особо душещипательном месте. Лучше бы я ее историю слушала, честное слово, чем вдруг, посреди бела дня, нос к носу столкнуться с Таким… - Нинка, извини, что перебиваю, ты потом продолжишь. Это очень важно. Помнишь, я тебе рассказывала про свой сон? Ну, где я по ночам на волшебной фирме работаю. Так вот… - я показала на Дом глазами, а не пальцем, чтоб не приведи Бог не обидеть. – Вот он.
- Кто – он?
- Дом. Фирма.
- Тот самый Дом? Твой?
- Да, тот самый. Мой.
Нина придирчиво посмотрела на место моей работы. Оценивающе так. Сначала я не поняла, в чем дело, а потом меня осенило: подруга считала этажи. Я ведь рассказала ей, что да как. Для нее мой рассказ звучал как история еще одного интересного и забавного сна:
- Двадцать семь, двадцать восемь…
- Нина!
- Подожди, не мешай. Сорок пять, пятьдесят девять. Фу, ты, сбилась… Раз, два, три… что за бред… пять, шесть… десять… - девушка попробовала еще раз, на этот раз про себя. Естественно, ничего хорошего у нее из этого не вышло. Тогда она уставилась на меня и требовательно так спросила:
- Так сколько, ты говоришь, в нем этажей?
- Я не знаю. И никто не знает.
- А ты что, никогда не считала?
- Ну, что ты. Много раз.
- И что?
- И все. Не считаются они, и все тут.
- Неплохо… - и тут глаза подруги подозрительно загорелись: - Подожди… Так это что, серьезно тот самый дом? Настоящий? С сертификатом качества?
- Ну, откуда я знаю! – в тон ей ответила я. – Я у него документов не спрашивала, он мне не показывал…. Ты вообще как себе представляешь дом, который каждому встречному поперечному документы предъявлять станет?
- Ну, а если не каждому? – Нина, по-моему, просто все никак не могла поверить в реальность случившегося. Но я столько раз рассказывала ей об этом сне, и с такими деталями… И вот сейчас она стояла и в буквальном смысле не верила своим глазам. Я, если честно, тоже. Если есть Дом, значит, есть и все остальное. Или нет? Или есть, но не все? Интересно, а какая часть моего сна – правда? Хорошо бы если большая…
- А давай зайдем внутрь, - первой сориентировалась подруга. У меня похолодело внутри:
- Может, не стоит? – если есть Дом, значит, есть и шеф. А если он есть…
- Да, что с нами может случиться, в конце концов? Конец света с последующим расчленением членов и органов?! – она презрительно фыркнула. – Перестань. Это ведь даже глупо – бояться незнамо чего…
- Ну, почему же – незнамо? – парировала я.
- А потому, что это – не сон, а ты – не ведьма, работающая на шефа-тирана. Ты на сам дом посмотри, на окна: в этом крыле даже никто не живет, ставни дырявые, как братья-близнецы! И свет не горит нигде. Пойдем, ну, давай! Мне жутко интересно! – Нина потянула меня за руку, но я стояла, как вкопанная. Мне тоже было жутко. Но совсем не интересно. Потому что во сне то крыло Дома, где находился наш Офис, снаружи именно так и выглядело: заброшенным, будто там никто не живет и жить не хочет. Даже бомжи. И стекла выбитые на всех этажах. И лампочки не горят. Все это делалось с помощью магии.
- Ну, если ты не хочешь, я пойду одна! – Нинка, наконец, отпустила мою руку, и смело протопала к самому ободранному парадному – на этот раз, второму. Она хорошо запомнила описание. – Жди меня здесь, и никуда не уходи! Если что, звони в милицию и кричи «Насилуют»! – напутствовала она, хватаясь за тяжелую дверную ручку.
А потом время остановилось. Я поняла это сразу. Сходу. Жирный голубь застыл, садясь на землю в странном па, Нинка каменной статуей слилась с молчаливым спокойствием Дома, и ветер утих. Время остановилось. Для всех, кто был сейчас рядом – но не для меня. В моей голове раздался голос, знакомый – до оскомы, до безумия, такой невозможный: здесь, сейчас, днем, после пар, и Нинка рядом стоит. Голос был волевой и сильный, и еще он был тихий, вкрадчивый, почти шепот, он пронизал меня насквозь, и я подалась вперед ему на встречу – как мотылек навстречу свету лампочки. Это был голос шефа, который невозможно было спутать ни с каким другим:
- Так-то Вы исполняете инструкции, уважаемая коллега… - шутить шеф не любил. В рабочее время он был невыносимо, беспощадно строг, четок и серьезен. И – это знал весь Офис – уж если он начинал употреблять по отношению к человеку слово «коллега», ожидать от него можно было только двух вещей: повышения или увольнения. В моем случае, кончено, ни о каком повышении речи быть не могло. Я все никак не могла поверить в то, что Офис – реален, я в нем работаю, я – ведьма, и это не мой сонный бред, а сердце уже ушло в пятки: сейчас меня уволят. Вот ведь несправедливо! Даже опомниться человеку не дают! Хотя – о какой справедливости может быть речь: приход в Дом в неурочное время карался снятием премиальных, а уж если нерадивый сотрудник проводил на территорию Офиса чужого… похоже, одним увольнением тут не ограничится. Обидно.
…А как все хорошо начиналось. Волшебные сны по ночам, а днем – небывалая удача, когда каждый месяц, день в день шестого и двадцатого числа я находила во время прогулки деньги – честно отработанную зарплату, как я теперь понимаю. А когда я не могла выйти на улицу, деньги приходили ко мне еще более странным образом – влетали в форточку, приходили на счет в банке по переводу какого-то неизвестного доброжелателя, которого я не могла отчислить, как ни пыталась, даже заносились на шерсти моего кота-гулены. Я считала это везением. Теперь везения, наверное, уже не будет. Начнется сплошное невезение. Если только не…
Голос вновь прозвучал в моей голове – холодный, как сталь. Еще холоднее. Как лед.
- Я даю Вам ровно тридцать секунд, чтобы оправдать, сами понимаете, какие свои ошибки и восстановить себя в должности, коллега. Время пошло. Тридцать… двадцать девять… двадцать восемь… я жду… двадцать шесть… - голос в моей голове отсчитывал секунды, а я все пыталась вспомнить, о чем только что думала. Невезение, думала я. Начнется сплошное невезение, думала я, если только не…
- Шеф! – я прервала его на цифре «одиннадцать». – Я действительно могу все объяснить…
- Да ну! – он был все так же холоден и предельно ироничен.
- Да! Я не нарушала запретов, я… - я сделала эффектную паузу.
- Одиннадцать… - напомнил шеф. – Десять…
- Я привела Вам нового сотрудника! – выдохнула я мысленно.
- Правда? – голос чуть-чуть оттаял. Но этого было достаточно. Вполне. – Кто он?
- Не он, а она. Нина, моя хорошая подруга и неплохой маг. Неинициированный, правда. Но это ничего, я думаю. Правда, же?
Шеф ничего не сказал. А через миг время опять пошло, и двери Дома открылись.
Нина
Есть вещи, в которые веришь сразу или никогда. Допустим, чудеса. Тема вообще скользкая - в основном в них верят женщины. Например, мы: я и Саша. Я ощутила, что каменею, как постепенно выключаются чувства. Сразу вспомнился стих: "Приснилось мне, что я чугунным стал, мне двигаться мешает пьедестал..."
И виновата в этом Саша. Или дом? Или они вместе? Я испугалась, я подумала, что - умираю.
Внезапно я увидела как страшные, гулкие, словно чугунные, двери открываются. Медленно. Сами.
Я невольно отступила, но тут мне в спину уткнулась Сашка, она осторожно толкала меня вперёд.
- Ты чего? Пошли отсюда! Тут явная магия - она нам нужна?
- Нужна, нужна. Просто необходима. Я свой шанс упускать не намерена! Или ты входишь, или меня увольняют, понимаешь какое дело?
- Шантажистка! – Пришлось лезть в пасть... дома.
- Тебе оказана великая честь, - приговаривала Саша, словно зубной врач, заговаривающий зубы. На всякий случай продолжая держать меня за пояс, чтобы я не сбежала. – Тебя, может быть, на работу возьмут, ночную. Заодно и подработаешь к своей скудной зарплате и поколдуешь...
Мне действительно стало жутко - внутри царила тьма, только светился алый глазок вызова лифта. Лифт, сам собой открылся: освещённая ярким светом пасть ехидно манила.
Пришлось входить.
Прежде всего, поразило полное отсутствие хулительных надписей на стенах, целое зеркало и аккуратная, не подожжённая зажигалками лампочка.
Лифт ехал долго... слишком долго. А потом открылся. Мы вышли в чистенький коридор с полом, покрытый белым ковром, с огромными вазонами, откуда высовывались серые от пыли пальмы. Впереди мы увидели бронированную чёрную дверь с номером 13. Она была приоткрыта. В коридоре имелось окно - я выглянула в него - и увидела ту самую улицу, где мы были. Так не хотелось отрываться от окна - островка реальности! Но я пошла вперёд, проявляя чудеса храбрости. Или трусости.
- Вот, это Нина! - радостно улыбаясь, Саша манила меня рукой из открытой двери, куда она вошла первой. Я тоже вошла и очутилась в огромном, просто неприлично громадном кабинете с евроремонтом, страшной деревянной маской над дверями, огромным кактусом перед компьютером. В комнате было много всего, но я пришла на собеседование, а не на экскурсию.
За столом, почти сразу возле двери, сидела черноволосая красавица. Перед ней дымилась аромолампа в виде глиняной, очень неприятной головы. Рядом лежала целая стопка бумаг, компьютер, экран которого загораживал увесистый кактус в японской вазе. Я вспомнила странное верование, что кактус предохраняет глаза от компьютерных излучений. Этот кактус предохранял надёжнее всего, заслоняя экран почти полностью; он нагло развесил колючие лапы.
- Привет, - девушка неожиданно тепло улыбнулась, - меня зовут Галя. Имечко так себе, зато фигура, - она поправила высокую грудь, - шикарная. Привет, Саша, чего ты к нам среди белого дня?
- Новую сотрудницу привела, - подруга кивнула на меня.
- А, понятно. Шеф недавно такой злой был - как тигр по всему кабинету прыгал. А теперь ничего. Устал. Допрыгался. Тебя дожидается…. Ну, загляните потом ко мне, если этой дорогой возвращаться будете. Я новый чай купила. Из Англии 18-того века.
- Я больше люблю десятый век. Меньше грязи, - отозвалась Саша. Я украдкой ткнула её в бок. - Но мы с удовольствием зайдём, если что, - добавила она.
- Заходите к шефу, он уже извивается от нетерпения, - предложила Галя.
Я впервые обратила внимание на странную архитектуру комнаты. Во-первых, в ней было не четыре угла, а намного больше. Дверей тоже имелось целая коллекция - они изгибались под странными, импрессионистскими углами. Я ощущала себя, как Алиса в Стране Чудес.
- Нет, не эта, а та, - Саша направилась к неприметной двери - тёмной, скрытой тенью. Я дотронулась до ручки в виде змеиной головы. Если честно - очень не хотелось эту тварь трогать.
И тут она отворилась сама - подлая привычка всех здешних дверей. Но за дверью оказалась худенькая, хрупкая, как эльф, девушка. Она несла статую ростом с себя, а весом, наверное – втрое больше. - Вот, - она поставила её в один из многочисленных углов, - надеюсь, она тут что-нибудь украсит.
- И почему шеф весь мусор тащит в мой кабинет? - пожаловалась Галя. - Ведь есть же большущий отдел Ненужный вещей! Нет, кое-кому, - она злобно покосилась не красавицу, - видите ли, облом туда тащиться! Что это за ужас?
- Индийская богине Кали. Кстати, на её алтаре приносились кровавые жертвы, так что здесь ей самое место! – девушка округлила глаза, гордо подняв пальчик, потом уставилась на меня: - Шеф сказал, чтобы вы поторопились, или он не знает, что с вами сделает. Вам отдают новое дело, - она хмыкнула, - наверное, в наказание за опоздание.
- Ну, слава богу! - Галя радостно заулыбалась, - а то я боялась, что его повесят на меня. – Нет, это уже свинство, - обратилась она к нам. – Мало того, что я тут как секретарша пашу, так меня ещё и как ведьму используют! Шеф говорит: мало кадров. А я ему на это: дураков на все фирмы не напасёшься. А дураки с магическими способностями, так вообще вымерли! Последним был Мерлин. Кстати о Мерлине...
- Галя, ты извини, но нас ждёт Макс, - нетерпеливо перебила её Саша. Схватив меня за руку, она потащила в коридор.
Мы шли зигзагами по бесконечным коридорам, подобный безлюдный лабиринт я видела только однажды: на заводе, где я проходила практику. Высокие потолки, обшарпанные стены со странными лозунгами и устаревшими, пожелтевшими от времени плакатами: "Сделал дело - пей, гуляй". "При пожаре одевайте противогазы". "Народу не нужны нездоровые сенсации, народу нужны здоровые сенсации". Что-то знакомое. Кажется, из "Сказки о тройке" Стругацких.
Наконец мы свернули в чистенький коридорчик с беленьким ковром, серыми от пыли пальмами, чёрной дверью, откуда кто-то уже резво спёр номер 13.
Я обернулась к Сашке:
- Ты что, издеваешься? Или ты думаешь, что длительная ходьба полезна для здоровья? А где номер? Кто его успел спереть? Или у вас тут ремонт делают?
- Нет, это не то самое место. Просто похожее, - Саша посерела и схватила меня за руку. – Нина, я боюсь! Я его видела только во сне, а теперь...
- Александра, где вы ходите? - раздался начальственный рык из-за полуотворённой двери. - Тут вас целая королевская чета дожидается, а вы гуляете!
Мы вошли. Я сощурила глаза, оберегая их от яркого света огня, горящего в огромном камине. Над камином висел щит с гербом, где было написано: мы не политики, мы маги! В мягком кресле восседал... Алек Болдуин. Я ущипнула себя, ещё раз, - не помогло. Он уставился на меня буравчиками зрачков – серые глаза самые жуткие. Они такие прозрачные, что душу видно сразу. Эта душа пригвоздила меня к полу, словно гвоздями прибили и шурупами прикрутили. И гайками с той стороны пола присобачили.
- Итак, давайте без пожиманий ручек и поцелуев в щёку. Нина, я вас уже знаю, а вы скоро узнаете меня, так что давайте считать, что мы уже знакомы, - произнёс он, слегка повернув голову в мою сторону. Я сглотнула и дико заулыбалась, пробормотав в ответ что-то вежливое, но непонятное. – Вот вам новое дело, - обратился он уже к нам обеим. – Это наши самые талантливые маги, - обратился он к камину. Нет, не к камину! Возле камина на огромном, во всю стену диване, восседали странные люди. Таких даже после марихуаны не увидишь - надо что-нибудь покрепче принять.
Сперва я обратила внимание на красивую, очень юную на вид девицу в синем шёлковом платье с лицом монашки – бледным, бескровным, с поджатыми блеклыми губами. Она куталась в серый плащ, заносчиво поглядывая по сторонам. Почти свисая с дивана, на самом его краю, с хмурым, озабоченным лицом сидел уже немолодой король в золотой короне, при огромном мече, за который он постоянно хватался. Королева, очень красивая, но со странными, немного змеиными и немного коршунскими чертами исхудалого лица была в облегающем платье. Молодой для неё рыцарь, почему-то державший её за тонкую руку.
- …А я говорю им – идите вы все, - продолжил начатую ещё до нас речь король, обращаясь к шефу. - Старик был моим учителем, значит, его вещи - мои! И кольцо тоже!
- Мерлин хотел, дабы его вещи были проданы на аукционе, - заявил тощий монах с лысой головой и большими ушами, вынырнув из тёмного угла. Его я заметила только сейчас.
- Да он даже слова такого не знал! - сердито возразил король. Я так поняла, что Артур.
- А я утверждаю: перстень Мерлина - мой! - заговорила "монашка". - Я была его женой!
- Ага, а потом заживо похоронила - очень мило! - вскричала королева.
Саша
- Стерва! – Тонкие хищные пальцы схватили королеву за горло.
- Истеричка! – крикнула Гвиневера, вырываясь из цепких объятий Ланцелота и вцепляясь ведьме в волосы.
- Девочки, девочки… - Артур лениво смотрел на дерущихся женщин, наслаждаясь зрелищем. Вероятно, это была не первая их перепалка, может, даже и не вторая, и теперь, отшлифованная со временем, битва казалась зрелищем не хуже рыцарского турнира. Наконец, опомнившись и вспомнив, что сейчас не место и не время, король неохотно повернулся к нам:
- Ну, сделайте же что-нибудь. Они покалечат друг друга.… - Как мечтательно и с какой надеждой он это произнес!
- Хотелось бы… - неуверенно прошептал рыцарь, с тоской глядя прямо перед собой. – В смысле, хотел бы я успокоить наших прекрасных дам, но, увы, это – не в моих силах. Некие неведомые чары сковали все мои члены, я не могу двинуть ни рукой, ни ногой… - Говоря это, рыцарь совершенно нагло заложил ногу за ногу и отвернулся.
- О да, ты прав, благороднейший Ланцелот… я тоже чувствую странную тяжесть во всем теле… Должно быть, это все от духоты.… - Король последовал примеру рыцаря, но, в отличие от него не стал отворачиваться – он, наоборот, с интересом наблюдал, как, покраснев от натуги и злости, приподнявшись на своих стульях, дамы вырывали друг у друга клочья волос из головы – рыжих и черных…
- Господи, дай слугам твоим справиться с дьявольским окаменением, - произнес монах, достал из глубин рясы бутылку со вполне современным пивом марки «Жигулевское» и, никого не стесняясь, начал пить.
Шеф сидел в своем кресле и очень серьезно смотрел на весь этот балаган. Тоже наслаждался, должно быть. Так что разнимать дерущихся теток пришлось нам с Нинкой.
Я, как человек высокого роста, взяла на себя более крупную в габаритах королеву. Та брыкалась, и ругалась нецензурно, поэтому пришлось путем немыслимых усилий духа наколдовать кляп и моток изоленты. Кляп получился сомнительной свежести, зато изолента бралась насмерть. В общем, Гвиневера утихла быстро и больше никому не мешала. Зато у Нины возникли проблемы…
Сначала я не поняла, что произошло: в воздухе запахло паленым. То есть, ведьма, конечно, тоже ругалась, сыпала иллюзиями молний и страшными заклятиями, но… Горела пышная ведьминская шевелюра.
- Ой, мамочки, горю… Да сделайте же что-нибудь! Спасите мои волосы! – вероятно, своими жалкими трюками ведьма себе помочь не могла. А я смотрела на шефа: неужели это он? Но это же не его метод угоманивать клиентуру…Слишком жестоко и нецивилизованно. - Воды!!! – завопила ведьма. И тут над головой горящей дамы появился кувшин с водой. Просто кувшин, стеклянный, без какой-либо видимой опоры. И он, конечно, рухнул ей прямо на эту самую голову со страшным треском и брызгами… В общем, к немалому облегчению рыцаря и шефа и огромному огорчению короля и монаха, ссора исчерпала себя в довольно короткие сроки. Но малой кровью, похоже, не обошлось: налицо были две женщины в бессознательном состоянии, одно расстроенное королевское величество и монах, источавший ужасающие запахи – но почему-то не пива, а кока-колы.
- Это не я! – Нина развела руками.
Ланцелот бросился вынимать кляп из королевского ротика, я била по щекам ведьму, пытаясь на глаз обнаружить сотрясение мозга, а шеф все так же сидел в своем кресле, пряча в уголках глаз ехидную улыбку. Да он просто издевался! И, что главное, всем было все ясно. Особенно мне и монаху, который уже в сотый раз осенял себя, Нину и пивную бутылку крестным знамением.
- Честное слово, это не я! – повторила подруга. Я выразительно посмотрела на шефа и мысленно спросила:
- Ну, что, Вы берете ее к нам на работу?
- Беру, - в отличие от своего обладателя, голос был невероятно веселым и каким-то неофициальным, что ли: - Но при одном условии. Шефство над этим кошмаром я поручаю Вам. Все равно, Ваш испытательный срок уже закончен…
Тут шеф махнул рукой, и все сразу стало на свои места: женщины, сухие и в сознании оказались на своих местах, монах радостно принюхивался к содержимому своей бутылки, а король с рыцарем стали предельно серьезны, и начали, перебивая друг друга, объяснять нам суть своей тяжбы. Впрочем, гвалт от этого, конечно, только усилился, поэтому из всего сказанного мы ничего не поняли.
- Вот что значит настоящий маг, Нина, учись! – прошептала я подружке мысленно. На самом же деле я страшно гордилась ей: у девушки обнаружился Дар, и немалый. Вот только… вряд ли кто-то кроме нее самой, ну, и еще, может быть, шефа разделит со мной эту гордость. Больно уж специфическим Нинин Дар оказался…

СКАЧАТЬ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ПРОИЗВЕДЕНИЯ

Переход в раздел Библиотеки